571

20 декабря 2019 в 14:00

«Мы – сила, когда мы вместе…»

На его глазах подымались высотки Нерюнгри и создавался Южно-Якутский территориально-промышленный комплекс, а вместе с ними рос он сам. Вот почему «сердце южной Якутии», как еще иногда называют Нерюнгринский район, для народного депутата Олега Пустового, представляющего в парламенте Якутии Промышленный одномандатный избирательный округ, всегда значило куда больше, чем просто точка на карте...

Новое слово на новом месте
– Олег Александрович, вы с палаток первопроходцев начинали свою жизнь в Нерюнгри?
– Нет, с балков! Мы с родителями приехали туда в 1982 году. Отец был токарем, мама – воспитательницей в детском саду. Начало восьмидесятых годов – это время всеобщего энтузиазма и массового порыва. Строился БАМ, в тайге и глуши возводились новые станции и города… Мои родители тоже не усидели в родной Башкирии – им хотелось принять участие в этой всенародной стройке, и мы прибыли в Нерюнгри. И там я впервые услышал новое слово – «балок».
Это были бараки поселка Пионерный. Много самостроя. Производственных мощностей не хватало, чтобы всех сразу обеспечить жильем: на освоение Южно-Якутского ТПК ехало огромное количество людей.

– Причем, со всех концов Советского Союза…
– Да, в строительстве Нерюнгри и ЮЯТПК участвовало 77 национальностей, все 15 союзных республик. Сегодня, когда едешь по верхней ветке БАМа, то практически на каждой станции видишь таблички: «Белорусская ССР», «Молдавская ССР» и т.д. Значит, станцию строили жители одной из этих республик. Только благодаря такой сплоченности наш народ смог осилить великую стройку.
Так что у Нерюнгри и ЯТПК изначально была особая судьба. Они создавались энтузиазмом огромного количества людей и сразу же стали огромной экспериментальной площадкой, где реализовывались самые передовые на тот момент научные разработки. В процессе участвовало более 4500 предприятий СССР, около 45 иностранных фирм, более 200 НИИ.
Когда я сейчас вспоминаю те годы, мне всегда приходит на ум слово «семья». Это не только семья моих родителей, но и наши друзья, знакомые, люди, которые нас окружали… Мы все тогда были одной семьей.

Задача – не промахнуться!
– А желания уехать из Нерюнгри, как моногорода, не возникало? Особенно в 90-ые годы, когда все рушилось…
– Нет, хотя развал СССР, конечно, спровоцировал массу негативных последствий, и северные территории хлебнули их сполна. Федеральные руководители тех лет на полном серьезе заявляли: Север стране не нужен, мы все купим на Западе… В итоге развитие северных регионов приостановилось, а бамовские города и поселки стали не нужны.
Но я к тому времени уже работал на комбинате «Якутуголь» и все, что с ним связано – особая страница в моей жизни: сформировался там и как специалист, и как личность. Начинал автослесарем, потом выучился на водителя большегрузных автомобилей – водил многотонные самосвалы.
«Якутуголь» был не просто средоточием передовых технологий. У предприятия имелись учебные классы, где готовили кадры – производственный и учебный процессы шли параллельно и непрерывно. Жаль, что сегодня такого нет. Эту школу стоило бы реанимировать.

– Насколько сложно водить машины, у которых колеса в рост человека?
– На самом деле техника легкая, особенно «БЕЛАЗы». Белорусы молодцы, сумели сохранить свой автопром. Главное –привыкнуть к ее габаритам.
Но ЧП, конечно, случались. Помню, работал на 120– тонном «КОМАЦУ» и на спуске у меня отказали динамические тормоза, заставляющие колеса замедлить ход. Одновременно потерял актуальность и рабочий тормоз, потому что скорость летящей вниз махины лишь набирает обороты.
Деться некуда: справа – отвал. И тут увидел впереди небольшой перекресток. Единственное верное решение пришло само собой: максимально точно вписаться в этот въезд, чтобы на скорости 100 км/час меня начала останавливать сама дорога, которая уже снова пошла вверх. Задача стояла одна – не промахнуться!.. В общем, все удалось.

– Впечатления незабываемые?
– Ну, рубашка была, конечно, мокрой. Многие водители, попав в такие ситуации, просто уходили. Я проработал 16 лет.
На предприятии было хорошо развито наставничество. И когда приходили молодые ребята, как я, их сразу брали под опеку опытные профессионалы, помогая расти. Мои наставники-водители казались мне почти богами: настолько это были высокоинтеллектуальные, образованные люди. До сих пор с благодарностью вспоминаю нашего преподавателя Владимира Павловича Афанасьева – он не просто ввел меня в мир большегрузной техники. Во многом именно благодаря ему я определился и с политическими приоритетами, и с жизненными ориентирами…

Совершенствуя законы и – жизнь
– Сделав выбор в пользу КПРФ?
– Да, работая в «Якутугле» я уже был достаточно политически подкован и понимал, что в жизни каждого человека бывают ситуации, связанные с несправедливостью. Они могут не касаться тебя лично, но все равно задевают, и ты должен решить: миришься ты с этим или нет.
Для меня КПРФ, как преемница КПСС, всегда ассоциировалась с партией справедливости. Ее идеи соответствуют моему характеру. Я твердо убежден: Россия, учтя ошибки прошлых лет, все равно придет к построению социалистического государства, будущее не за капитализмом, а за ним. И в этом меня не переубедить.

– А как вам, представляющим в Ил Тумэн фракцию коммунистов, удается находить общий язык с депутатами, стоящими на иных политических платформах?
– Знаете, если люди, как и ты, настроены на конкретную работу по улучшению качества жизни якутян, условий для экономики и промышленности, совершенствованию законодательства, общий язык находится всегда. Когда идет диалог, концентрироваться надо на поиске верного решения. И неважно, какой политориентации придерживается собеседник. Куда важнее – его личные качества.

– Это касалось и тех четырех законопроектов, касающихся коренных малочисленных народов Севера, одним из инициаторов которых вы стали?
– Безусловно. Ведь среди тех, кто поддержал эти законопроекты – «О внесении изменений в Закон РС(Я) «О Суктуле юкагирского народа», «О внесении изменений в Закон РС(Я) «О правовом статусе коренных малочисленных народов Севера» и пр., представители самых разных фракций. Но всем понятно: вопросы, которые так или иначе затрагивают традиционное хозяйствование, жизнь, быт этих народов, должны быть в числе приоритетных. Об этом, кстати, говорил в своем недавнем Послании глава Якутии Айсен Николаев. Задача парламента – создавать и совершенствовать законы, которые помогали бы этим людям, равно как и гармонично выстраивали отношения между всеми народами, живущими в Якутии.

С чем приходят к депутату?
– Олег Александрович, что сегодня больше всего волнует нерюнгринцев?
– Проблем много. Прежде всего, оставляет желать лучшего качество медицины в районе, особенно, доступность высокотехнологической помощи. Остро стоит вопрос с медицинскими кадрами, не хватает «узких» специалистов. Врачи не едут, потому что им нужно жилье, а его нет. Но мы работаем над этим. Надеемся, в ближайшие годы вопрос удастся решить.
Не менее остра ситуация в образовании – в связи с грядущей оптимизацией. Идет слияние детских садов и школ – зачастую без учета их профиля. А между тем, многие детсады в Нерюнгри имеют определенную специализацию, например, ориентированы на детей со слабым зрением. Как можно его передавать обычной школе?
Или еще пример. Средняя школа №3 Нерюнгри традиционно поделена на две части: собственно школу и коррекционный интернат, где специальные педагоги занимались детьми с девиантным поведением. Между тем, уже принято решение школу и интернат объединить. Что из этого получится, боятся представить даже опытные учителя. Хотя прогнозы весьма пессимистичны. Есть вероятность, что воспитанники, требующие специализированного подхода, бросят школу вообще.
Конечно, людей это беспокоит. Причем, тревогу выражают не только руководители образовательных организаций, но и педагоги с родителями. И это заставляет задуматься: а нужны ли такие меры? И зачем нам вообще оптимизация, когда штаты и без того сокращены до минимума?

– С чем еще к вам приходят избиратели?
– С чем только не идут! Личный прием – почти каждый день. Идут и как к народному депутату республики, и как к первому секретарю Нерюнгринского райкома КПРФ. Кого-то нужно срочно устроить на лечение. Другие спрашивают: когда начнется индустриализация, когда появятся новые рабочие места, когда приведут в порядок дороги, которые Нерюнгринский район, как самый крупный промышленный район региона, иметь просто обязан. В этом году – впервые за многие десятилетия! – наконец покрыли асфальтом часть улицы Карла Маркса. Между тем дорог, требующих кардинального ремонта, в городе много.
Иногда бабушки звонят: у нас в коридоре лампы нет…

– И что вы?
– Бабушек жалко! Пытаемся помочь. Выходим с помощниками на ТСЖ, управляющие компании… Да, вопрос мелкий, но я считаю, для депутата, которому поверили избиратели, неважных вопросов нет.
– Вас не огорчает, что молодые уезжают из Нерюнгри?
– Ну, не все так грустно. В район пришел «Колмар» – это новое оборудование, технологии и возможность социального лифта. С его приходом у района появились реальные перспективы. Как одно из передовых предприятий горной отрасли он дает возможность осуществлять социальные программы. Один из проектов, к примеру, это строительство жилого квартала на две с лишним тысячи квартир. Сюда же можно отнести и решения в области экологии, когда «Колмар» старается как-то нивелировать те проблемы, которые неизменно сопровождают угледобычу: вкладывает средства в создание новых отстойников, построили фундамент под водоочистную станцию. Я считаю, это пример для многих предприятий.

Возродится ли в Нерюнгри школа греко-римской борьбы?
– Олег Александрович, говорят, вы всерьез увлекаетесь греко-римской борьбой…
– Это правда. В молодости занимался много, даже кандидатом в мастера спорта стал. И сейчас стараюсь по возможности заглядывать в спорткомплекс «Горняк», чтобы привести себя в форму.
В советское время этот вид спорта неплохо развивался. В Нерюнгри была своя школа греко-римской борьбы – базировалась в ДК «Богатырь». Мой первый тренер Владимир Глебович Шефов воспитал там немало настоящих спортсменов: Евгения Попова, Геннадия Жука, трехкратного паралимпийского чемпиона Александра Хаустова, с которого я брал пример.
В 90-ые годы его популярность как-то пошла на спад, а жаль!
Это не только силовой, но еще и интеллектуальный вид единоборств.

– А есть мальчишки, которые хотели бы им заниматься?
– Конечно. А если этот вид спорта развивать, то их стало бы больше. Вот почему мне очень хочется, чтобы он получил второе рождение.
25 декабря мы ожидаем приезд в Якутск депутата Госдумы Александра Карелина на открытие зала борьбы греко-римского стиля. Хочется верить, что его визит станет началом возрождения в республике этого олимпийского вида спорта, который нужен людям.

– Скоро Новый год. Как вы его планируете встретить, и что пожелаете якутянам?
– Обычно 31 декабря мы с женой, дочерью и зятем идем в гости к моей теще Галине Михайловне. Думаю, что не изменим этой традиции и нынче. А жителям Якутии хочу пожелать новогоднего настроения и светлого будущего, которое у нас обязательно будет! Наша страна не раз проходила через тернии, но объединившись, мы их всегда преодолевали. Именно так мы должны двигаться к цели и теперь, созидая страну, в которой хотелось бы жить нашим детям и внукам…

Елена ВОРОБЬЕВА

Поделиться